Футуристические панки эффективно раздражают зажравшиеся корпорации. Последние в долгу не остаются (иллюстрация к ролевой игре Shadowrun)
...Как пожарная машина с ревущей вовсю сиреной, мы неслись по волоконно-оптическим линиям-магистралям, пронизывающим кибернетическое пространство; а по сути — для нас, вошедших в компьютерную матрицу, открывался прямой путь к базе данных Хром. Я ещё не мог разглядеть самой этой базы, но уже чувствовал, как замерли в ожидании стены, которые её окружали. Стены из тени. Стены из Льда...Досье. Уильям Гибсон: 33 года, житель Ванкувера, писатель-дебютант, который пришёл в литературу кружным путём убеждённого хиппаря. Родился в Южной Каролине, учился без вдохновения, часто переезжал с места на место, пока отец не получил должность менеджера в строительной компании в Вирджинии. Всего через год после этого отец насмерть подавился во время деловой встречи в ресторане. Жить стало тяжелее, учиться — ещё противнее. Семья снова переехала — теперь в Аризону. Расстроенная оценками Билла мать предложила ему поучиться в интернате — и мальчик за эту идею внезапно с энтузиазмом ухватился. Дирекция интерната, правда, никак не могла взять в толк, почему юный Гибсон, сдавший все проверочные тесты с запредельно высокими баллами, не преуспел в обычной школе, но — мало ли...
...Словно души, оторванные от тел, мы сворачиваем в ледяной замок Хром. Мы летим, не сбавляя скорости. Ощущение такое, будто мчишься на волне программы вторжения и, зависая над водоворотами перестраивающихся глитч-систем, пытаешься удерживаться на гребне. Кто мы сейчас? Разумные пятна масла, скользящие в беспросветности Льда...
...в отличие от коллеги по киберпанку Брюса Стерлинга. (Joi Ito / Flickr | CC BY-SA)
Сперва фантасты придумывали, как может выглядеть киберпространство, а потом программисты брали их идеи при написании интерфейсов.
Всё, что можно сделать с крысой, можно сделать и с тобой. А с крысой мы можем сделать почти всё. Не хочешь об этом думать? Но ведь это правда. И если ты не будешь об этом думать, это никуда не исчезнет. Именно об этом и говорит киберпанк.Слово «киберпанк», как принято считать, придумал и первым использовал писатель-любитель Брюс Бетке — в 1980 году вышел его малопримечательный рассказ с таким названием. В 1981 году Гарднер Дозуа в обзоре новой литературы предположил, что недавно вышедший роман Джона Ширли «И пришёл город» «предвещает появление в жанре некоей новой стилистики, которую можно назвать «панковской НФ». В 1982 году в журнале OMNI начали появляться рассказы Гибсона. Для почти дебютанта это был прорыв практически невозможный: OMNI всегда держал литературный уровень публикаций на высочайшей отметке. Первые рассказы Гибсона — «Джонни-мнемоник», «Сожжение Хром» — ещё воспринимались в общем контексте фантастики. Идея, что на глазах у всех рождается совершенно новое направление, пока не прижилась — Стерлингу и другим неистовым пропагандистам ещё предстояло над этим усиленно поработать.
...НФ находится в процессе линьки, переосмысления себя, решительного перевооружения, дабы из допотопного анахронизма снова стать одним из двигателей современной культуры. И пока этот процесс не пойдёт в полную силу, даже самые продвинутые составители антологий будут заниматься бессмысленной ерундой. У них просто не будет материала, достойного их устремлений, потому что никакой гениальный портной не сошьёт шёлковую дамcкую сумочку из свиных ушей — сколь бы ни откормлена была свинья и сколько бы веков ни было тому дубу, что продолжает сыпать на неё желуди. НФ необходимо прекратить бесконечно крутить в мясорубке одни и те же полупереваренные и навязшие в зубах представления о будущем человечества, а её наиболее продвинутые авторы обязаны избавиться от пошлого лакейского пиетета и прекратить снизу вверх взирать на прежних господ из литературного «мейнстрима». До тех пор, пока не станет так, НФ будет безнадёжно дрейфовать в сторону неприкрытой некрофилии...Так говорил Омниаверитас, и его слово, размноженное на каком-то жалком мимеографе, вдруг зазвучало почти так же громко, как и реплики маститых авторитетов в толстых журналах. Ему стали возражать в выступлениях на конвентах, в фэнзинах, в дискуссионных рубриках профессиональной жанровой периодики. Для каждого его тезиса нашлись противники и защитники. Кто-то поддерживал выводы автора, кто-то делал свои. Жанр пришёл в движение, сдвинулся с мёртвой точки. Талантливый манипулятор мог теперь подправлять его траекторию по своему усмотрению — в ожидании события, которое переведёт зреющую революционную ситуацию в новую фазу.
Не только в 1980-е, но и позже, фантасты понимали слово «киберпространство» очень буквально
Киберпанковский мир неоновых огней и небоскрёбов не так уж отличается от нашего...
...ну, по крайней мере, не всегда
Daft Punk, один из множества проектов электронной музыки, подвергшихся влиянию киберпанка
Один из типичных героев киберпанка — «ботаник», ведущий тайную жизнь хакера с крутым никнеймом
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.